— Давай я к деду сгоняю, — вмешался Урусов, — всё одно делать нечего. Там не столь важно, кто приедет. Мальчишка вряд ли что толком скажет. А для прикрытия, ауйсвайс от Умида имеется. Как раз обернусь, пока вы будете упражняться в словесных баталиях с посредниками.
— Андрей, я думаю… — начал Юринов.
— А что, неплохая мысль, — перебил Бориса Фаррух, — до сих пор мальчик рассказывал только сказки. Разговор с Ирбисом намного перспективнее.
— Ну и отлично, — потер ладони Урусов. — Очень уж интересно посмотреть на деда. Вторую сотню разменял, а молодых режет. Интересный экземпляр. Только азимут дай, как ехать. Без кроков разберусь.
— Давлат, Рахим! — позвал Амонатов, — поедете с Андрей-джаном. Покажете дом «железного» Шамси. После разговора привезете назад. — Он добавил несколько слов на таджикском.
Урусов усмехнулся:
— Считаешь, что если я не знаю языка, то не пойму, что ты сказал?
— И что?
— Что-то типа: «Головой отвечаете!»
Фаррух смутился. А инструктируемые, ехидно ухмыляясь, уставились на командира.
— Ладно, — прервал затянувшееся неловкое молчание капитан, — только лучше одному ехать. Я для Ахмадова не враг, а, в первую очередь, друг Умида. Не думаю, что Ахмадов захочет с Мизафаровым ссориться. А твои ребята — Вооруженные Силы вероятного противника. К ним скорее доклепаются.
— Рискованно в одиночку, — мотнул головой таджик.