– С тобой все в порядке? Ну не переживай так, Мишк... Давай мы тебя домой отвезем!
В машине ехали молча, старая «шестерка» вся скрипела и дребезжала, казалось, вот-вот развалится на части, как разваливалась на глазах вся их несуразная семья.
Когда подъехали к дому, Элька обернулась с переднего сиденья, попросила виновато:
– Мишк, ты вынеси Игорю вещи, одежду там какую-нибудь, документы... У него ж ничего нет, а сам он не пойдет, не хочет...
– Да, конечно, только не сейчас... Ты позвони завтра, я скажу, когда можно забрать.
– Ты не обижайся на нас, ну так вот получилось, что теперь делать. Ладно?
– Ладно, не буду. Все в порядке. Пока.
Она вышла из машины, деликатно хлопнув дверцей, медленно пошла к подъезду. Идти домой не хотелось. Порыв смелости куда-то улетучился, она чувствовала себя предательницей. «Нет, сегодня ничего маме не скажу, – решила Мишель, нажимая на кнопку звонка. – Потом, все потом...»
СОНЯ
Сердце бешено заколотилось, когда у подъезда вдруг остановился их старенький «жигуленок», такой родной и знакомый, весь забрызганный весенней грязью. Соня отскочила от окна, заметалась по комнате, что-то на себя надевая, спешно причесываясь, пытаясь побороть волнение. Бросилась к двери, стояла, трясясь всем телом, будто решался вопрос ее жизни и смерти. Сильно вздрогнула от звонка, дрожащими руками потянула рычажок замка. И отступила в глубь коридора, встречая Мишель.
– А где отец? Я видела машину...
– Мам, он больше не придет. Он действительно ушел, мам...