"Колхозный гей, — мрачно определила девушка. — Будет фанни, когда я опущу его пред всем классом".
— Слушай, Катерина… — вдруг разволновался он.
— Я Кэт! — оскалилась она.
— Хорошо… ладно, пошли со мной, кое-что интересное покажу. Если не боишься.
Кэт фыркнула, набросила куртку и затоптала окурок.
Клетчатая спина Степана одно время мелькала впереди, в плотной темноте, а потом вдруг пропала. Девушка выругалась и встала, как вкопанная. Пошарив руками вокруг, она позвала на всякий случай:
— Э! Э, ты куда делся? Не смешно ни разу, слышь? Алё…
Звуки беспомощно глохли во мраке. Ветер зашептал ветвями сосен, где-то рядом безрадостно рассмеялся козодой, и Кэт насквозь пробрал липкий страх. Она лихорадочно нашарила в кармане зажигалку и торопливо защёлкала. Огонёк вспыхнул не сразу, газу осталось не так много, но когда желтоватое пламя осветило развалины, девушка онемела.
В детстве Кэт больше всего любила разглядывать мух, попавшихся пауку в сети. Они так смешно бились, беспомощно дёргая крылышками, не в силах освободиться и понять, что обречены. А теперь сама она напоминала себе муху — растерянно барахтающуюся в липких тенётах. Грязно-желтые стены были сплошь исписаны одним только именем: "Кэт, Кэт, Кэт Кэт Кэт Кэт Кэт Кэт Кэт" углем на старой известке. Кэт покачнулась. Холодный пот покрыл спину.
"Они ждали… Они знали…"
Туман окутал и без того затянутые маревом развалины, Кэт охватила паника. Она кружила по мокрой траве, не зная куда броситься и откуда ожидать угрозы. Пальцы увязали в липких клочьях, что застревали в груди, дыхание сбилось, вязкая дымка пеленой висла на ресницах. Со всех сторон слышались непонятные слова, шарканье шагов, глухие смешки, словно сквозь толстый слой ваты. Тысячи Кэт забавлялись глупой мухой, попавшейся в сети. То и дело из мглы выныривали нечёткие контуры кладки и ухмыляющиеся лица одноклассников, искажённые до неузнаваемости призрачным светом луны, вернувшейся из-за туч ради такого дела.
"Они смеются надо мной… Все они смеются… Только это не смех, что-то другое, нечеловеческое, страшное… И рожи, эти рожи чертовы…"